Вторник
26.09.2017
12:31
Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 68
Интервью



Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Вдохновение

Маргарита ЧЕЧЕТКО

Маргарита Чечетко
ЦЕПОЧКА

Был  человек  на свете,
Которому  в шутку  надела
Я на руки  с шеи  цепочку.
Навеки  теперь  мой  раб!

А он  ответил, что  это -
Лучшее в мире дело,
И что,  ей-Богу, этому
Он  по-настоящему  рад.

Он говорил: «Пойми же,
Мне ничего не надо,
Будь кем  угодно: сестрою, 
Возлюбленною, женой.

Прикосновенье пальцев -
Свет  солнца, луны  прохлада,
А ускользают пальцы -
Меркнет  и свет дневной».

Он говорил: «Раскинусь
Дорожкой я  к этой двери,
Ступай  ты по мне, если  
                               хочешь,
Что б сделать ещё я мог?».

Как нас  пленяет способность
Любить, преклоняться и верить,

Когда мы ее встречаем
Средь жизни своей дорог.

Тогда нам мнится: всё наше!
Вечность моя и полмира!
А мне тогда ещё не было
И девятнадцати лет.

Но ужасом душу объяло:
Не сотвори кумира!
И жизнь мне открыла объятья,
Когда  я сказала - нет.

1962 г. 
                          
* * *

День заполнен опять до предела.
Утра свет - вечерняя мгла.
Ничего-то я не успела 
Из того, что сделать могла.

Сколько было их, дней без строчек,
В сентябре или октябре?
Лишь исписан каждый листочек
В ежедневном календаре.

Наша жизнь, куда ты уходишь?
Что сжигает тебя во прах?
С кем теперь хороводы водишь
Ты на юных, праздных горах?

И зачем до седьмого пота
Ты опять иссушаешь нас?
Что такое - твоя работа?
Где тут пепел и где алмаз?

Почему в каждодневном усилье
Охватить всё и все успеть,
Затвердевшие сухожилья
Обратились в канатную медь?

В чём она, сей жизни загадка?
Легче встретит ли свой закат
Тот, кто жизнь сжигал без остатка,
По шестнадцать часов подряд?

Что откроется в скорбной тризне,
Как настанет его черёд?
Кто он был: покоритель жизни
Или просто рабочий скот?

Что он чувствует, путы эти 
Отвергая, но не кляня,
Просыпаясь на мглистом рассвете
Неизвестно которого дня?

Покажи же судьбе ладони -
Жил ты попусту или нет?
... Опрокинулся на подоконник
Утра нового бледный свет.

2002 г.

3 ЯНВАРЯ 
2003 ГОДА

Поздний завтрак - иль ранний обед?
Третий день тоже третьего года.
Миновало две тысячи лет
От Спасителя в мир наш прихода.

И с тех пор Его милостью мы
То ль живём, то ли попросту дышим.
И на грани меж Света и тьмы -
Неземные мелодии слышим.

Наши души и наши тела,
Словно в танце, то близко, 
                                   то вместе.
А за окнами белая мгла
И пространства гудящего вести.

Снежной кисти ложатся мазки
Там, где им уготовано место,
И качаются веток смычки -
Под разлив мирового оркестра.

Вплетено в тот ликующий рой
Твоё Слово, и вскоре, быть может,
Нимфа*, ставшая нашей сестрой,
Твоё Имя стократно умножит.

А пока сидим за столом, 
И за трапезой странного рода,
Зимний день за морозным стеклом.
Третий день тоже третьего года.

2003 г.

ОТРЫВКИ  ИЗ ПОЭМЫ: 
«ШЕСТЬ ЖЕНСКИХ МОНОЛОГОВ»

Монолог первый. 
Говорит отказавшаяся от материнства
 
Что мне делать-то было? Люльку 
                                                 качать?
Не спала в ту ночь до зари.
Если есть Страшный Суд, то - мне 
                                              отвечать,
Если нет, - о чем говорить.

На покатой улочке детский сад,
Каждый день я мимо иду.
Если б можно было вернуть назад 
То, что прожито в том году.

Если б можно было вернуть назад
Блики лунные на потолке,
За которыми виден ночной вокзал,
И кольцо на твоей руке.

Если б можно было тогда понять
В душном сумраке ночи той,
Что бывает такое, чего отнять
У тебя не сможет никто.

В эти годы деревья, как дети росли
Ввысь и ввысь за моим окном,
И страницы, которые прежде жгли,
Стали просто старым письмом.

Что же делать? Такое же было у всех,
И у каждого лишь - своё.
Но стучит несмолкаемый детский смех,
Словно пепел в сердце моё.

* * * 
                              А.Д.
Сила Духа дается нам Свыше  
И всем это ясно.
На нее уповаем - 
На что же ещё опереться?

Ничего спасительней, знаем, 
Судьба не даст нам,
Одаряя вечных соперников:
Разум - и сердце.

Полыхает сердце, оно, 
Как известно, не камень,
Да и к истине ближе порою,
Чем синтез или анализ.

Я в железные клетки 
Без страха вцеплялась руками,
И они изумленно под напором 
Моим раскрывались.

Своя ноша не тянет,  
А чужую - попробуй, свези-ка,
И узнаешь доподлинно, 
Много ль в тебе благородства.

Данаид бездонные бочки, 
Да камень Сизифа -
Это всё орудия 
Нашего производства.

Разбивая руки 
И черпая воду ситом,
Ровно мы повторяем слова, 
Что гудят струною,

Той отважной девочки, 
За отвагу ее убитой:
«КТО ЖЕ, ЕСЛИ НЕ Я» и 
«КТО ЛЮБИТ МЕНЯ - ЗА МНОЮ!».

Да пребудет со мною 
Мужество присно и ныне,
И когда повторяют мне, 
Что пора смириться,

Я сжимаю губы и надеюсь, 
Что нет гордыни -
В моих вечных попытках 
Поводья схватить колесницы.

В чём истоки щедрости? 
Всем понятно участье
Лишь к протянутой детской 
                                        ручонке
Да нищей котомке.

Но, бушуя, сыплет дары 
Наркомания страсти,
У которой в наличье свои 
Приходы и ломки.

Погоди, Надежда,
Куда ж ты от нас уходишь?
Погляди мне в глаза,
Протяни свою теплую руку.
 
Ведь мне надо порою твой  
Шепот услышать всего лишь,
Чтобы снова я -
Тетиву натянула лука.

Чтобы мчалась вновь 
По дорогам жизни и меж них,
К гриве времени буйной,
Бесстрашно щекой припадая.

Ты поведай мне:
Где пристанище душ мятежных?
Разве меньше, чем кроткие души,
Они страдают?

Может быть, правота моя  
Просто туманом одета,
Иль своих заблуждений 
Цепкого не разорву плюща я?

Но никто не может  
Того сказать, лишь ведает это 
Тот, кто руку кладет 
Мне на голову, прощая.
 
2004 г.